«Вот как сам Дорошевич понимал газету, вот чего он требовал от газеты, и вот что он создал из «Русского слова»:
«Газета…
Утром вы садитесь за чай. И к вам входит ваш добрый знакомый. Он занимательный, он интересный человек.
Он должен быть приличен, воспитан, приятно, если он к тому же еще и остроумен.
Он рассказывает вам, что нового на свете.
Рассказывает интересно, рассказывает увлекательно.
Он ни на минуту не даст вам скучать.
Вы с интересом слушаете о самых сухих, но важных предметах. Высказывает вам свои взгляды на вещи.
Вовсе нет надобности, чтоб вы с ним во всем соглашались.
Но то, что он говорит, должно быть основательно, продуманно, веско. Вы иногда не соглашаетесь, но выслушиваете его со вниманием, интересом, как умного и приятного противника.
Он заставляет вас несколько раз улыбнуться меткому слову.
И уходит, оставляя впечатление с удовольствием проведенного получаса.
Вот что такое газета.
Газета…
Вы сидите у себя дома.
К вам приходит человек, для которого не существует расстояний.
Он говорит вам:
— Бросьте на минутку заниматься своей жизнью. Займемся чужой. Жизнью всего мира.
Он берет вас за руку и ведет туда, где сейчас интересно.
Война, парламент, празднества, катастрофа, уголовный процесс, театр, ученое заседание.
Там-то происходит то-то.
Он ведет вас туда, показывает вам, как это происходит, делает вас очевидцем.
И вы сами присутствуете, видите, как, где и что происходит.
И, полчаса поживши мировою жизнью, остаетесь полный мыслей, волнений и чувств.
Вот что такое газета».
(Сытин И.Д. «Жизнь для книги»)
Читать далее