Вернуться
Фотография ч/б. Трифонов Ю., сидит на диване, в очках. Время и место съёмки неизвестно. Подлинник.Вторая половина XX века. Вторая половина XX века
Фотография ч/б. Трифонов Ю., сидит на диване, в очках. Время и место съёмки неизвестно. Подлинник.Вторая половина XX века. Вторая половина XX века
Название
Фотография ч/б. Трифонов Ю., сидит на диване, в очках. Время и место съёмки неизвестно. Подлинник.Вторая половина XX века.
Персоналии
Трифонов Юрий Валентинович (Изображённые лица)
Датировка
Вторая половина XX века
Описание
Летом 1941 года Юрию Трифонову едва исполнилось 16 лет, его ждала эвакуация в Ташкент, работа на заводе слесарем, лишения и тяготы жизни трудового тыла. Это страшное и героическое время нашло отражение в будущих произведениях писателя, посвящённых судьбе военного поколения, тех молодых людей, в жизнь и молодость которых ворвалась война. Первая встреча Юрия Трифонова с известным писателем произошла когда он был еще тринадцатилетним мальчишкой. В далёком 1939 году он посещал литературный кружок в Доме пионеров на улице Стопани у Кировских ворот, где и случилось первое знакомство с К. Г. Паустовским. В 1944 году Трифонов поступает в Литературный институт им. А.М. Горького. И снова встреча с Паустовским, руководителем творческого семинара. По воспоминаниям Трифонова, эти уроки дали молодым авторам много: профессиональное мастерство, а главное, необыкновенную атмосферу свободы – «воздух силы и чистоты», убеждение, что правда гораздо важнее для писателя, чем самый яркий, фантастический, но оторванный от жизни вымысел, а ещё понимание того, что литература – тяжелейший труд. «Должны были пройти годы, чтобы мы убедились, как был прав Паустовский насчёт тяжести писательской доли. Особенно если относиться к этой доле так, как относился он. Его отношение к труду писателя было почти мистически уважительное. Любой писатель – пускай маленький, незаметный, ничтожно успевший, но настоящий – был для Константина Георгиевича существом в некотором смысле сверхъестественным. К нему предъявлялись особые требования, к обычным людям не применимые». После окончания института Юрий Трифонов ещё не раз встретится с Паустовским. «Влияние Константина Георгиевича на всех нас, его бывших учеников, продолжало расти, – может быть, не прямо, отражённо, системою зеркал, ибо между нами были пространства, годы, обстоятельства. Но теперь мы старались понять не то, как строить фразу, делать концовку, а – как строить жизнь, делать судьбу». Настоящую, большую славу писателю принесла повесть «Дом на набережной». Повесть рассказывает о быте и нравах жителей правительственного дома, (Фото дома на набережной) элите советского общества: военных, ученых, писателях, артистах вселившихся в комфортабельные квартиры в 30-е годы. Из 2000 жильцов «дома на набережной» 800 человек стали жертвами Сталинских репрессий, многие были расстреляны.
Материал, техника
фотобумага тонкая матовая; фотопечать
Размер
Выставки
«Пока не остановится сердце»
Школа Паустовского
За дымом и грохотом войны

Семинары Паустовского дали нам много. Дело не в каких-то конкретных разборах, словах, примерах, – вернее, не только в них! – но и в том воздухе, который мы впитывали. Если не бояться высокопарных слов, то можно сказать: это был воздух силы и чистоты. Юрий Трифонов. Продолжительные уроки
Показать все (6)