"Широкотрубный пароход сверкал протёртыми до кристальной игры стёклами. В машинном отделении глухо гудели моторы. Пароход плавно нёс свои огни и палубу, заполненную нарядными пассажирами, мимо подмосковных дачных рощ и разливов, где догорал холодноватый закат. Леса на берегах уже ржавели, золотели. Сигнальные фонари канала неярко светили в осенней мгле…Около Кинешмы пароход обогнал вереницу плотов. Порывистый ветер нёс легкие рваные облака. Тени от них пролетали по реке и лесистым берегам, уходившим в воду осыпями песка. Вслед за тенью всегда прорывалось солнце, и тогда всё вокруг начинало сверкать множеством красок и отблесков. То вылетит из тени, вспыхнув снежной белизной, и снова умчится в тень стая речных чаек, то запылает красный флаг над отдалённой избой на берегу, должно быть, над сельсоветом, то сосновый бор весь затрепещет и заблестит, будто его полили косым светлым дождем, то тот же бор покроется зелёной сумрачной пеленой, и до парохода долетит его протяжный величавый шум".
Константин Паустовский. "Бег времени". 1951 г.