«- О чем же вы думаете, Настасья Петровна? - Право, я все не приберу, как мне быть; лучше я вам пеньку продам. - Да что ж пенька? Помилуйте, я вас прошу совсем о другом, а вы мне пеньку суете! Пенька пенькою, в другой раз приеду, заберу и пеньку. Так как же, Настасья Петровна? - Ей-Богу, товар такой странный, совсем небывалый! Здесь Чичиков вышел совершенно из границ всякого терпения, хватил в сердцах стулом об пол и посулил ей чёрта. Чёрта помещица испугалась необыкновенно». (Т. I, гл. III.)
«- О чем же вы думаете, Настасья Петровна? - Право, я все не приберу, как мне быть; лучше я вам пеньку продам. - Да что ж пенька? Помилуйте, я вас прошу совсем о другом, а вы мне пеньку суете! Пенька пенькою, в другой раз приеду, заберу и пеньку. Так как же, Настасья Петровна? - Ей-Богу, товар такой странный, совсем небывалый! Здесь Чичиков вышел совершенно из границ всякого терпения, хватил в сердцах стулом об пол и посулил ей чёрта. Чёрта помещица испугалась необыкновенно». (Т. I, гл. III.)
А.М. Лаптев (1905-1965) – художник, график, иллюстратор, скульптор, родился и жил в Москве. Учился в ВХУТЕМАСе/ ВХУТЕИНе (1924-1929/1930). Занимался станковой и книжной графикой, работал художником-иллюстратором в журналах, автор и иллюстратор собственных книг для детей. В годы Великой Отечественной войны оставался в Москве и был членом бригады графиков МОССХ. Работы А.М. Лаптева экспонировались на персональных выставках в Москве (1940, 1949). Он принимал участие в выставках советского искусства в городах СССР и за рубежом. Произведения художника находятся во многих региональных музеях, а также в частных коллекциях в России и за рубежом. После издания в 1953 году книги Н. В. Гоголя «Мёртвые души» с иллюстрациями А. М. Лаптева, он был избран членом-корреспондентом академии художеств.
Среди прочих Чичиков навещает помещицу Настасью Петровну Коробочку. Лаптев так описывает свою работу над её образом: «с осторожностью и повадкой мышки-норушки она (Коробочка) выглядывает из рамы своего скопидомства», своей «коробочки».
На рисунке изображена сцена беседы Павла Ивановича с Коробочкой о продаже мертвых душ.