Путешествуя в 1820 году с семьей генерала Н.Н. Раевского по Крыму, Пушкин посетил Ханский дворец в Бахчисарае. В одном из писем А.А. Дельвигу он сообщал: «В Бахчисарай приехал я больной. Я прежде слыхал о странном памятнике влюбленного хана. К** поэтически описывала мне его, называя la fontaine des larmes. Вошед во дворец, увидел я испорченный фонтан; из заржавленной трубки по каплям падала вода. Я обошел дворец с большой досадою на небрежение, в котором он истлевает, и на полуевропейские переделки некоторых комнат». Осмотрев дворец, поэт побывал на «развалинах гарема» и на «ханском кладбище». Несмотря на то, что Пушкин высоко оценил драматизм крымского предания о любви Гирей-хана к прекрасной пленнице, он еще не был готов к его поэтическому воплощению. Лишь весной 1821 года в пушкинских рукописях появился первый набросок к будущей поэме: «Там некогда, мечтаньем упоенный Я посетил дворец уединенный…» Пушкин щедро обогатил лаконичный сюжет крымской легенды, прибавив к нему мотив ревности, тему двух героинь – Марии и Заремы – убийство прекрасной польки ее соперницей и, наконец, душевную драму хана. Сохранилось несколько разрозненных набросков «Бахчисарайского фонтана» в рабочих тетрадях Пушкина. Черновики поэта говорят о напряженной работе над поэмой. Они полны исправлений и зачеркиваний, свидетельствующих о поисках самого нужного и точного выражения. Своему брату Л.С. Пушкину поэт признавался: «Многие места <поэмы> относятся к одной женщине, в которую я был очень долго и очень глупо влюблен». Эти слова позволяют думать о существовании в жизни Пушкина большого, «потаенного» чувства, пронесенного им через всю жизнь и отразившегося во многих произведениях. В качестве возможных вдохновительниц «Бахчисарайского фонтана» и предметов страсти его автора называли и М.Н. Раевскую, и С.С. Потоцкую, и других современниц поэта. Назвав поэму «Бахчисарайский фонтан», Пушкин прославил этот заштатный городок Таврической губернии и сделал его известным всей читающей России. В 1823 году Пушкин сообщал в письме П.А. Вяземскому: «Вот тебе, милый и почтенный Асмодей, последняя моя поэма <…>. Если эти бессвязные отрывки покажутся тебе достойными тиснения, то напечатай…». В марте 1824 года «Бахчисарайский фонтан» был издан Вяземским в Петербурге тиражом 1200 экземпляров. Книга сразу же была раскуплена. Подобно «Кавказскому пленнику», новая поэма Пушкина была восторженно принята современниками. Читателей восхищали и пейзажи Крыма, и описание гарема, и экзотический колорит пушкинской поэмы, и ее великолепный слог. «Все оттенки мнений, разделявших литературу нашу, слились при появлении «Бахчисарайского фонтана» в одну похвалу неслыханной еще дотоле гармонии языка, небывалой у нас роскоши стихов и описаний, какими отличалась поэма. В ней видели торжество русского языка <…>», – писал П.В. Анненков. Сам Пушкин критически относился к своему сочинению: «Бахчисарайский фонтан» слабее «Пленника», и, как он, отзывается чтением Байрона, от которого я с ума сходил». Ввиду огромного успеха поэмы она выходила в свет при жизни поэта ещё дважды: в 1827 году последовало второе издание с иллюстрациями С.Ф. Галактионова, в 1830 – третье. Также во второй половине 1820-х были выполнены переводы поэмы на французский и немецкий языки. В 1825 году на петербургской сцене была поставлена пьеса А.А. Шаховского «Керим-Гирей, крымский хан», последний акт которой представлял собой переделку пушкинской поэмы. «Татарскую песню» положил на музыку композитор-дилетант В.Ф. Одоевский.