Вернуться
30 из 547
Просмотрено 30 из 547
Белокаменные страницы прошлого (Музей Москвы)
Белокаменные страницы прошлого (Музей Москвы)
Аннотация
Археологическое собрание Музея Москвы включает значительную коллекцию крупногабаритных экспонатов из белого камня. Большую часть из них составляют надгробия XV–XVIII веков, найденные на территории столицы. Многие плиты не только хранят память о давно ушедших москвичах, но и являются объектами декоративно-прикладного искусства. Первое средневековое надгробие становится частью археологической коллекции Музея Москвы еще в 1947 году. В ходе раскопок в Гончарной слободе под руководством М.Г. Рабиновича была найдена плита XVI века с надписью: «Григорий Дмитриев сын кольчужник» — надгробие средневекового мастера, изготавливавшего кольчуги. Сегодня коллекция музея насчитывает уже более 300 надгробий, закладных плит и их крупных фрагментов. Вместе с другими предметами из белого камня — архитектурными деталями, незначительными обломками, — число артефактов достигает почти 1000 единиц. Департаментом культуры Правительства Москвы было построено специальное фондохранение на территории Новой Москвы, часть которого была выделена Музею Москвы для размещения коллекций научно-вспомогательного фонда и крупных экспонатов. Там разместились коллекции средневекового московского надгробия и архитектурных деталей. Представленные в августе 2020 года на выставке «Белокаменные страницы прошлого» (куратор Екатерина Святицкая) во дворе Музея Москвы на Зубовском бульваре экспонаты теперь можно увидеть в виртуальном выставочном проекте Музея. Белокаменное надгробие как культурное явление отражает важный аспект погребальной традиции русского средневековья и нового времени. Создание надгробных плит в качестве памятников конкретным людям (реже — нескольким членам семьи) в европейской традиции распространяется в X–XI веках. Ранее для этой цели устанавливались стелы, использовались саркофаги, с помощью табличек с надписями и символами отмечались ниши катакомбных захоронений. Самые ранние белокаменные надгробия московских некрополей датируются XIII–XIV веками. Надписи на них отсутствуют, но плиты часто несут на себе орнамент из рядов трехгранных углублений. За сходство с клыком хищника такой декор иногда называют «волчий зуб». С XV века в Московской Руси вырабатывается собственный вариант характерного для средневековой Европы надгробия в форме лежащей человеческой фигуры: изображения на плитах становятся антропоморфными. Рисунок трехконечного креста-посоха — средневекового символа милосердия и загробного спасения — дополнялся окружностью в изголовье: розеткой, встречавшейся и на более ранних плитах. Этот круг (полукруг, овал) символизировал голову. Центральная окружность, иногда смещенная к изножию, трактуется как сложенные ладони, чаша, пряжка или узел пояса. Постепенно изображения на надгробиях дополнялись новыми декоративными элементами. Это отличало одну плиту от другой в отсутствии надписей. Первые надписи на надгробиях появляются в конце XV века, во 2-й половине XVI века они распространяются повсеместно. Текст, сначала наносившийся прямо по орнаменту, вскоре отвоевывает себе место между изголовьем и «поясом». От небрежного граффити — неглубоко процарапанной надписи — резчики переходят к аккуратно размеченным строкам, выполненным вязью. Впрочем, надписи граффити продолжают использоваться мастерами — резчиками по белому камню для маркировки плит на грани, часто представляя собой начертание на скорую руку фамилии заказчика или имени погребенного. В конце XVI века треугольчатый орнамент плит сменяет более актуальный жгутовой, изображавший трехпрядную косичку. На боковых гранях «потяжелевших» надгробий появляются каннелюры — изображения рядов арок, отсылающие нас к архитектуре храмов. Высота плит, иногда поднятых на особый фундамент, увеличивалась, и с середины XVII века надписи стали наносить на высокие грани плиты в одну строку, а в XVIII веке это многострочные надписи на высоком торце надгробия. В последней трети XVII — начале XVIII века появляются каменные памятные доски, которые укрепляются вертикально на стенах или столбах храмов, внутри или снаружи, располагаясь не прямо над захоронением, а иногда поодаль. Даже при отсутствии реального захоронения под сводами храма такая плита подчеркивала высокое положение поминаемого в ее надписи. Раскрашенные памятные доски органично вписывались во внутренний церковный декор эпохи раннего русского барокко.
Первая военная зима в объективе фотокорреспондентов (Музей обороны Москвы)
Как и зачем мыши хоронили кота (Музей русского лубка и наивного искусства)